Анна Коломоец (АК) — музыковед, музыкальный критик, лауреат премии «Диапазон», постоянный автор журнала «Музыкальная жизнь» и портала ClassicalMusicNews.ru. В разговоре с Дианой Мкртчян (ДМ) она рассказала о своём пути в профессию, об особенностях современной музыкальной критики и о том, что в профессии доставляет ей удовольствие.
ДМ Расскажите, пожалуйста, о себе. Откуда вы родом, чем сейчас занимаетесь, как пришли в мир музыкальной критики?
АК Я из Оренбурга: родилась там и выросла. Окончила музыкальный колледж имени Ростроповичей, училась на отделении теории музыки. Моей второй страстью всегда была скрипка, какое-то время я совмещала обучение игре на скрипке и музыкальную науку. Но в жизни наступает момент, когда приходится от чего-то отказываться: я поняла, что в музыковедении у меня больше шансов реализовать свой потенциал, чем в исполнительстве. Скрипку пришлось оставить. При этом она — и вообще всё, что связано со струнными смычковыми инструментами, до сих пор остается в моем сердце.
В мир музыкальной критики я пришла, не скажу, что случайно. В жизни случайностей не бывает. Я рада, что на моём пути встретился выдающийся педагог Роман Александрович Насонов. На первом курсе он читал нам лекции о барочной музыке и много говорил об исполнительских интерпретациях. Меня это сразу увлекло, так как мне всегда было интересно слушать разных исполнителей и сравнивать их. Мы договорились, что на втором курсе я начну писать у него курсовую.
Как-то раз Роман Александрович прислал мне во ВКонтакте новость о журналистских читках и предложил попробовать. Я удивилась, потому что никогда не мыслила себя журналистом, да и опыта у меня не было. Но всё же подала заявку и успешно прошла семинар.
На «Журналистских читках» действует правило: если статья нравится главному редактору «Музыкальной жизни» Евгении Давидовне Кривицкой, автор получает возможность публиковаться. Так и Евгения Давидовна стала для меня проводником в профессию, а «Музыкальная жизнь» — первым изданием, где меня опубликовали.
ДМ Что вам дало обучение в Московской консерватории?
АК Консерватория помогает взрослеть. Ты приезжаешь сюда ребенком и вдруг понимаешь: дальше ты сам. Ты должен быть самостоятельным. Я никогда не думала, что стану журналистом, что буду писать, интересоваться и безумно любить старинную, барочную музыку. Но так сложилось: я о ней пишу, хожу на концерты, и она стала частью моей души.
Консерватория предлагает тебе разное, а ты успеть должен ухватить главное. Пробовать себя надо в различных направлениях, чтобы в итоге — обрести себя. Здесь можно быть журналистом, участвовать в концертной деятельности, осваивать азы науки (писать статьи, участвовать в конференциях) — всё это находит поддержку. Это бесценно и, безусловно, очень нужно студентам.
ДМ Как вы можете описать текущее состояние музыкальной критики и журналистики с точки зрения студента-музыковеда?
АК Я очень рада, что сегодня молодых авторов поддерживают. Для них организуют различные образовательные интенсивы и семинары. Союз композиторов, например, активно развивает проект «Журналистские читки» — с него и началась моя карьера. Есть еще интенсив для музыкальных журналистов и блогеров (!) «Речь о музыке». Очень здорово, что молодых и перспективных авторов стали замечать. Теперь нас можно увидеть, услышать, познакомиться лично. Молодых критиков выводят на авансцену.
Благодаря Союзу композиторов, Ассоциации музыкальных журналистов, критиков и музыковедов и Российскому музыкальному союзу появилась премия «Диапазон». Жюри поддержало не только зрелых авторов, но и молодых. Каждый нашел признание благодаря этой премии
Что касается качества нашей критики и журналистики — оно, как мне кажется, достаточно высокое. Журналисты интересно рассказывают о событиях, привлекая внимание людей. Критика работает сложнее. Здесь важно не просто заинтриговать, а дать ориентир — объяснить, зачем вообще идти и стоит ли на концерт или в театр. Это уже аналитика, почти элитарное высказывание: критик берет на себя ответственность оценить, различить хорошее и плохое и должен доходчиво, но художественно донести свою мысль до читателя.
ДМ С какими современными музыкальными критиками вам доводилось взаимодействовать в своей деятельности?
АК Взаимодействую, пожалуй, со всеми, кто сегодня на виду. Это, конечно, Евгения Кривицкая, Ольга Русанова, Марина Гайкович, Борис Лифановский — хотя он не столько критик, сколько издатель ClassicalMusicNews.Ru.
Для меня было большой честью познакомиться с Петром Поспеловым. Это человек, который стал голосом нашей постсоветской критики. Сергей Бирюков — тоже из тех авторов, на которых я ориентировалась. Я открывала его статьи, смотрела и думала: «Хочу писать так же». Его тексты завлекали меня своим оптимизмом и задором.
Очень рада знакомству с Еленой Черемных, мы до сих пор общаемся, пусть и реже, чем раньше. Всегда большое удовольствие общаться с Ярославом Тимофеевым.
Из молодых авторов — Надежда Травина, Владимир Жалнин. Много имен, всех не перечислить.
ДМ Какие принципы и тенденции сегодня существуют в музыкальной журналистике?
АК Первое, что я замечаю: статьи надо писать в мажоре. Нельзя высказывать негатив ради негатива. Всегда нужно понимать, кому ты адресуешь текст. Многие издания сейчас сознательно убирают ершистость, грубость, необдуманные фразы — чтобы не задеть исполнителей. И это понятно. Статью можно сделать интересной не за счет резких оценок, а благодаря тону, манере повествования. Наверное, это одна из главных тенденций сегодня.
ДМ Чем было для вас участие в «Диапазоне» в первую очередь: профессиональным вызовом, возможностью заявить о себе публично или способом проверить качество своей работы?
АК Расскажу предысторию. Когда я увидела номинацию «Интересно о …», сразу подумала: «А у меня интересно?» Начался самоанализ: что же имеется в виду под этим словом? Вот отправлю материал и узнаю: интересные у меня тексты или нет. При этом хотелось поддержать инициативу Евгении Давидовны, ведь это первый «Диапазон».
Изначально премия не предполагала ни денежных призов, ни громкой публичности — это был просто профессиональный конкурс. Поэтому о каких-то выплатах или об известности я даже не помышляла. Главным было проверить себя.
ДМ Как вы считаете, насколько важный вклад получение премии «Диапазон» вносит в карьеру музыкального критика?
АК Прежде всего, это признание. А признание всегда ценно: оно окрыляет, мотивирует, дает импульс писать дальше. Это своего рода трамплин для дальнейшего творчества. К тому же появляется новая аудитория — тебя начинают узнавать читатели.
ДМ Планируете ли в будущем принимать участие в подобных проектах? Как вы считаете, будут ли появляться аналоги «Диапазона» и нужны ли они вообще?
АК Поживем — увидим. Загадывать не буду. Что касается аналогов — мне кажется, «Диапазона» вполне достаточно. Это премия, которая задает тон, объединяет сообщество людей, пишущих о музыке. С появлением реплик «Диапазон» перестанет быть уникальным, и сохранятся ли хоть где-то те самые эталонность и элитарность, которым хочется соответствовать? «Диапазон» — единственный, и пусть он таким остается.
Раньше был «Резонанс» — тоже один, и он выполнил свою миссию. Теперь пришел «Диапазон», и это прекрасно. Такие премии — это большие события, они должны быть долгожданны. В каком-то смысле это критика для самих критиков: нас судят, оценивают, задают планку.
ДМ Насколько для вас сегодня важно сохранять в музыкальном тексте баланс между аналитичностью и живым, доступным языком, и где для вас проходит эта граница?
АК Я прежде всего за живость текста. За сухой аналитикой лучше обратиться к музыковедческим журналам, к научным статьям. Там своя задача, свой читатель. А мне кажется, что статья должна быть живой и искренней. В ней должно чувствоваться отношение автора, должно быть понятно, что все написано честно, — так, как автор на самом деле думает. Даже если он смягчает оценку, чтобы не быть излишне резким, — это тоже требует мастерства: написать так, чтобы искренность не пропала.
Я за искренность в тексте. Информационная часть, конечно, должна быть, но не в духе энциклопедии, а скорее, как разговор с другом или коллегой. Главное — всегда понимать, для кого ты пишешь. Когда ловишь своего адресата, рождаются и тон, и посыл, и сам текст.
ДМ Как вы оцениваете актуальность музыкальной журналистики сегодня: остается ли она полем интереса узкого профессионального круга или все-таки продолжает быть значимой для более широкой аудитории?
АК Музыкальная журналистика и критика — не такая уж узкая сфера. Она не только для профессионалов, она для всех. Человек может быть инженером, может никогда не учиться музыке — но, прочитав статью, он поймет, о каком событии идет речь, заинтересуется им и захочет пойти на концерт. Сегодня много авторов, которые пишут по-разному, но все — интересно.
Кто, как не музыкальные журналисты, формируют ту самую культурную повестку, на которую люди ориентируются в своем досуге? Мы составляем подборки, пишем рецензии, рассказываем о событиях, и читатель на это откликается. Он делает выводы, спорит, размышляет. Музыкальный критик провоцирует на дискуссию, на внутренний разговор. И в этом смысле критика важна не только для профессионального сообщества, но и для самых разных людей — даже для тех, кто никак не связан с музыкой.
ДМ И последнее: что для вас музыкальная критика?
АК Недавно я поймала себя на мысли: зачем я вообще пишу? Не потому, что я всезнайка и хочу высказать свое мнение, будто оно так уж важно. Совсем нет. В прошлом месяце у меня было интервью с Евгенией Давидовной Кривицкой, и в комментариях Екатерина Шелухина — тоже лауреат «Диапазона» и автор «Музыкальной жизни» — написала замечательную вещь: критик, по сути дела, отстаивает свои эстетические идеалы. Я с этим абсолютно согласна. Кто-то из читателей может не принять мою позицию, сказать, что я не права. Но это мои идеалы, мои взгляды, мое видение. А кто-то, наоборот, откликнется — и так формируется свой круг, своя аудитория.
Как я уже упомянула, мне важно провоцировать дискуссию, поднимать темы, которые действительно волнуют. Не просто писать отчет о концерте, а адресовать вопросы читателям, и прежде всего самой себе. Например, когда я пишу о молодых критиках, меня волнует: как им найти себя? Их много, но достигают успеха единицы. Как выбрать свой путь?.. Это лишь один из примеров.
Моя профессия дает мне множество преимуществ, в том числе возможность открыто заявить о своей позиции, найти тех, кто мне созвучен. А иногда и хейтеров. Это я тоже ценю, в этом есть своя острота и удовольствие.
